АССОЦИАЦИЯ ОКИНАВСКОГО ГОДЗЮ-РЮ КАРАТЕ-ДО
РЕСПУБЛИКИ МОЛДОВА
Морио Хигаонна – Окинавский тигр

Окинавское карате-до, или более правильно, карате-дзютсу, когда-то было смертоносным оружием островов Рюкю. Затем его назвали “драчливой” игрой и, наконец, оно стало современным видом спорта. Но, к счастью, сегодня модернисты отходят на задний план, традиционное карате снова популярно, и в двери настоящих мастеров стучатся жаждущие ученики.

Сенсей Морио ХигаоннаСпортивное карате еще существует, но людям уже нужно нечто большее – им нужно настоящее карате. Наш рассказ пойдет о Морио Хигаонне, ведущем на сегодняшний день представителе окинавского Годзю-рю в мире. Морио Хигаонна – тихий, сдержанный человек, являющийся для своих учеников примером нравственности, огромной работоспособности и несгибаемого боевого духа. Всю свою жизнь он отдал карате, тренируясь по 8-10 часов в день, постоянно совершенствуя и повышая уровень боевого мастерства. Особенно удивительно, что, несмотря на пожилой возраст (сегодня ему 64 года), сенсей Хигаонна растет не только как учитель, но и как мастер, как боец. Два показательных выступления, которые особенно запомнились: в 1991 году в Алма-Ате и в 1995 в Москве. Став старше на четыре года, сенсей не только стал пластичнее, мягче, но и мощнее и что совершенно непонятно, еще быстрее, чем раньше.

Итак, Морио Хигаонна родился 25 декабря 1938 года в г.Наха, столице острова Окинава. До 14 лет он был самым недисциплинированным ребенком в округе. Морио не любил ходить в школу и все свое время проводил у океана, плавая, ныряя, часами катаясь на серфинге. По остаткам соли на коже, отец легко догадывался где был сын и, будучи человеком строгим и даже жестоким, каждый раз сурово наказывал Морио. Приучая сына к дисциплине, заставлял его до изнеможения носить на вытянутых руках, поднятых до уровня плеч, ведра, полные воды. Тем не менее, Морио до сих пор с волнением вспоминает вечера, когда ему разрешалось из уголка сада наблюдать за тренировками отца. Хигаонна-отец добился больших успехов в освоении стиля Шорин-рю. Он часто приглашал несколько близких друзей к себе, и они вместе тренировались до позднего вечера. В конце одной из тренировок отец предложил Морио присоединиться к нему. Он никогда не любил обучать и потому научил сына только нескольким техникам: кулака и ног, практикуемым на макиваре.

В возрасте 14 лет Хигаонна стал серьезно заниматься карате под руководством Цунетика Симабукуро, который был старше Морио на 2 года, занимался Шорин-рю с 6 лет и обладал в этом стиле большими познаниями. Шорин-рю и Годзю-рю – два самых распространенных на Окинаве направления карате. Сравнивая их, окинавцы говорят: ”Шорин-рю – изысканное и красивое карате, а Годзю-рю – сложное и трудное”. В то время Хигаонна еще очень плохо знал Годзю-рю и считал эту школу весьма труднодоступной. Он полагал, что Шорин-рю ему полностью подходит, и единственной целью было сравниться с Учителем легкостью и смелостью, которыми восхищался. Надо заметить, что школьные результаты парня за это время значительно улучшились. И наконец настал день, когда он из последнего стал первым. Морио вспоминает, что его Учитель, который никогда не расставался с книгами, неустанно повторял ему: ”Забыть об одном в ущерб другому – значит встать на неправильный путь. Учиться и заниматься карате – вот истинный путь”.

В 1952 году Симабукуро начал тренироваться под руководством мастера Чодзюна Мияги. Тренировки проходили в саду, за высоким забором, скрывающим их от посторонних глаз. В то время Симабукуро пытался заинтеросовать Хигаонну новым стилем, но эти попытки были тщетны. Как уже говорилось, Годзю-рю на Окинаве считается очень трудным стилем. Тяжелая тренировка направлена только на развитие боевой силы занимающихся, без заботы об изяществе и эстетизме. Молодых людей пугала суровость Чодзюна Мияги, и они боялись посещать тренировки в его саду.

Сенсей Морио ХигаоннаВ 1954 году 16-летний Хигаонна решил проникнуть в загадочный сад. Этот шаг и стал его настоящим началом в карате. Морио был шокирован ощущением огромной, которая исходила от каждого занимающегося. Один из них Аничи Мияги, удивил его больше остальных: его сила и скорость были невероятны! Этот человек стал учителем Хигаонны и вот уже около 50 лет передает своему ученику тот огромный запас знаний, которые накопили древние мастера. Непосредственным партнером Морио по тренировкам был Сабуро Хита, который занимался Годзю-рю более 10 лет и был известен как очень сильный боец. Руки Сабуро были крепки как сталь. Часами они повторяли базовые упражнения, включающие различные виды кихон-кумите, упражнения на реакцию и набивку тела. Во время свободного спарринга (ири куми) Сабуро не контролировал свои удары. В течении тренировки каждый из них должен был сохранять ощущение настоящего сражения. Прямые удары семпая (старшего ученика) невозможно было блокировать, так они были молниеносны и сильны. Только через 2 года молодой Хигаонна научился отражать эти удары. Однако еще долго и не раз ему приходилось страдать от пропущенных ударов. Сенсей Хигаонна рассказывал, что за первые 6 лет тренировки его ребра были сломаны много раз и некоторые травмы были настолько серьезны, что из горла шла кровь. Во многом благодаря Учителю, который обладал большими познаниями в традиционной медицине, Морио выздоравливал достаточно быстро. Характерно, что за это время он не пропустил ни одной тренировки. Даже изнуренный тренировался с каждым партнером в додзе, повторяя ката до изнеможения. Из-за своего упорства, граничащего с фанатизмом, и несгибаемой силы воли, проявленной в поединках, получил прозвище “Кадзя”.

На острове Окинава, где боевые традиции имеют глубочайшие корни, где каждый житель понимает толк к карате, это прозвище очень почетно. Кадзя – это то, кто никогда не сдается.

Тренировки начинались всегда с подготовительных упражнений, длящихся 2-3 часа. Они являлись вкладом Чодзюна Мияги в Годзю-рю. Мияги изучал и систематизировал их на протяжении многих лет. Каждое из них приучало занимающегося к правильной боевой культуре движения, вырабатывая нужный принцип, одновременно улучшая скоростные качества, и, наконец, любое из этих упражнений можно применять как конкретный боевой прием. Скажем, упражнение тен-цуки (удар в небо) – это правильное движение тела при выполнении любой техники, направленной вверх: хидзи-ате, аге-уке, аге-цуки, а также любого рывка, направленного к себе ( за руку, волосы, горло и т.д.).

Сенсей Морио ХигаоннаТщательно практикуя тан-цуки, занимающийся приучается использовать в любом ударе или рывке все тело, особенно акцентируя свое внимание на мышцах ног, поясницы и спины. Конкретное боевое применение этого движения очень обширно, от удара шотей-аге-цуки (восходящий удар пяткой ладони) и до вашиде-учи (удар-рывок пальцами по лицу противника). Подчеркиавя важность подготовительных упражнений, Мияги настаивал на том, чтобы ученики уделяли им столько же времени, сколько и выполнению ката.

Кроме этого, важное место отводилось специальным упражнениям Годзю-рю. В тренировке использовались разнообразные снаряды, призванные развивать специфическую силу: чиши (булава), нигири-гаме (тяжелые кувшины), конго-кен (металлический овал весом от 40 до 100 кг.), иши-аши (каменные гантели), всего более 15 различных приспособлений. Каждый предмет служил для отработки той или иной техники, развивая силу, выносливость и киме. Базовая техника и свободные поединки повторялись систематически. После выполнения всех выше- описанных упражнений, мастер Аничи давал специальные упражнения для кистей и предплечий до полного онемения рук. Затем переходили к ката Санчин, для правильного выполнения которого требовалась большая физическая и духовная сила. Мастер Аничи проверял правильность выполнения учениками ката Санчин, нанося удары по жизненно важным органам тела во время его исполнения. Таким образом он убеждался сам и убеждал своих учеников в правильности позиции и энергетической концентрации тела. Тренировка завершалась свободным спаррингом, какие (ближний бой). В этом упражнении из-за тесного контакта между партнерами нужно уметь все: уклоняться, блокировать, наносить удары, принимать их корпусом, а также иметь особое “шестое” чувство, позволяющее ориентироваться в поединке без помощи глаз.

Хигаонна возвращался домой невероятно уставшим; его тело и лицо были покрыты синяками и ссадинами, и часто он не мог даже приподнять руки. В то время он тренировался по 10 часов в день. После тренировки в школьном клубе направлялся в сторону дома Чодзюна Мияги, всегда приходил первым, подметал землю, удаляя мельчайшие камешки, и готовил тяжести.

Иногда после этих работ вдова Чодзюна Мияги приглашала его на чай и фрукты, и во время бесед часто повторяла две вещи: ”Чтобы достичь больших результатов в карате нельзя ни пить, ни курить” и еще : ” Наблюдай внимательно за мастером Аничи, ведь мой муж большую часть времени проводил именно с ним”.

Все шесть лет, предшествовавшие смерти Чодзюна Мияги , Аничи был предан своему Учителю. Тренировки проходили с утра до вечера, и когда юношу оставляли последние силы, наставник учил восстанавливать их. Чодзюн использовал эти минуты отдыха для передачи ученику своих знаний и мудрости. Иногда Аничи замечал Учителю, что они уже обсуждали данную тему, но Чодзюн отвечал на это: "Как в каратэ, так и в жизни надо много раз возвращаться к одному и тому же, чтобы по-настоящему понять". Он умел говорить так, что за беседой время пролетало незаметно, порою, наставник и ученик засиживались до первых петухов.

...Имея несколько учеников, Аничи большую часть времени отдает Хигаонне, передавая ему все, что узнал от Чодзюна Мияги. В 1957 году Морио Хигаонна сдал экзамен на черный пояс, сразу получив III дан. За последние 30 лет, он единственным выдержал древний окинавский тест на мастерство. Боевой марафон начинался со специальных упражнений с тяжестями, затем сотни ударов по макиваре, базовая техника, ката, опять базовая техника, макивара и так без перерыва в течение 24-х часов. В последние 3 часа — поединки с непрерывно меняющимися партнерами.

Современный мастерский экзамен длится около 14 часов и, возможно, Морио Хигаонна был одним из последних бойцов, успешно выдержавших традиционный окинавский тест наравне с великими мастерами древности. Не останавливаясь на достигнутом, Хигаонна продолжает свои упорные занятия, акцентируя внимание на постановке удара на макиваре. За одну тренировку он наносит по снаряду несколько тысяч ударов. Сэнсэй рассказывал, что иногда он бил по макиваре без остановки по шесть часов подряд и прекращал занятия только когда ощущал сильное чувство голода. Беспрестанные тренировки не прошли даром и вскоре, удар сенсея Хигаонна стал таким же известным и знаменитым на Окинаве, как торговая марка фирмы "Adidas" в Европе.

Додзе сенсея Морио ХигаоннаСенсей Хигаонна практиковал карате не только в своем додзе. Часто он посещал другие залы, спаррингуя с сильнейшими каратистами. Одним из них был Матаеси Симояси.

Руки Матаеси были покрыты татуировками (говорящими о его принадлежности к преступной группировке "Якудза"). Это был достаточно известный карате-ка Японии; о его жизни даже был снят фильм. Он очень уверенно чувствовал себя в ири-куми (свободный бой в самом широком смысле этого слова). В поединке Хигаонны и Ситояси все было как в настоящей схватке — никакого намека на контроль, все удары были разрешены.

Матаеси значительно превосходил Хигаонну в весе (разница около 30 кг), поэтому использовал малейшую возможность, чтобы схватить его за кимоно. Порой разнять их удавалось лишь Аничи Мияги, который замечал, что они больше похожи на дерущихся петухов, нежели на полных достоинства каратистов. Бойцы расходились, покрытые синяками и ранами, с окровавленными лицами и сломанными ребрами.

В возрасте 22 лет Хигаонна решил отправиться в Токио. Кроме желания донести Годзю-рю до токийцев, причиной его отъезда было также и то, что Учитель Аничи Мияги незадолго до этого покинул остров. Прибыв в 1960 г. в Токио, Хигаонна оказался в совершенно другом мире. Он был ошеломлен невежеством японцев, многие из которых считали карате традиционным японским боевым искусством, даже не подозревая об истинной родине "пустой руки" Окинаве. К тому же диалект, на котором говорят на острове, сильно отличается от языка остальной Японии. И наряду с финансовой это было дополнительной трудностью, с которой столкнулся молодой Хигаонна.

Как и раньше, много времени он отдавал тренировкам, особенно с мастером Еити, который был больше известен как дзюдоист. Вместе они отрабатывали упражнение какие (основное парное упражнение Годзю-рю, развивающее чувствительность тела и позволяющее отрабатывать практически любую традиционную технику в ближнем бое). Так как партнер Морио был гораздо тяжелее (95 против 60 кг) и имел огромный опыт в дзю-до, приходилось много времени уделять специальным формам тренировки. Каждый раз, когда Еити пытался схватить или бросить Хигаонну, тот противопоставлял ему захват за горло, пах или другую технику Годзю-рю.

Свои первые занятия с учениками сенсей Хигаонна проводил прямо в общежитии университета Такусоку, где в то время учился. Постепенно его известность стала расти, и количество учеников для некоторых университетских додзе стало критическим (более 1000 чел.). Хигаонна, приняв приглашение владельца додзе стиля Шорин-рю, переехал на постоянное место в токийский район Ёёги. Так родилось знаменитое додзе Ёёги Сюренкай, которое стал центром преподавания Годзю-рю. Окинава признала его лучшим додзе Годзю-рю в мире.

После ухода последнего ученика из зала Хигаонна оставался один и продолжал тренироваться, отрабатывая техники для кистей и ударов ногами. Жизнь в Токио не всегда была гладкой и, пытаясь решать личные проблемы, Хигаонна обращается к учению Дзен, зная, что многие мастера Кен-дзюцу достигали определенных успехов. Он считал, что Дзен поможет и ему. Учителем стал монах Сакияма, выходец с Окинавы, когда-то занимавшийся Годзю-рю. Морио вспоминал, как в холодные месяцы зимы медитировал в течение пяти часов в храме, где не было никакого отопления. О многом пытался расспрашивать Учителя, но монах отвечал лишь: "Читай сутры и медитируй". Три года, проведенные в изучении Дзен, не дали желаемого результата. Хигаонна понял, что этот путь не поможет ему ни разрешить внутренние конфликты, ни достичь совершенства в карате.

Хигаонна расценивает Дзен как тренировку духа, в то время как карате — это тренировка духа и тела одновременно. Мастер пришел к выводу, что только более усиленные занятия Годзю-рю, помогут понять глубинный смысл этого искусства и справиться с возникшими личными трудностями.

Занятия с сенсеем Морио ХигаоннаСреди приходящих к Морио в додзе, было много таких, кто бросал ему вызов. Схваткам не предшествовало никакого предупреждения, однако он всегда был готов к поединку. Следствием серьезного отношения к занятиям было изменение поведения Хигаонны. Он стал излучать особую силу, взгляд стал внимательным, холодным и таким же пустым, как взгляд разъяренного тигра. Свидетели вспоминают, что лицо мастера перед боем становилось таким, что от одного взгляда на него бросало в дрожь.

Новый этап в развитии Годзю-рю начался в 90-е годы. Хигаонна постоянно ездит, учит и тренируется во всех концах мира, в том числе и в странах СНГ. К счастью, и сейчас его тренировки так же продолжительны и серьезны, как и в молодости. Такая самоотдача и преданность каратэ были по достоинству оценены ныне покойным Доном Драгером, имевшим большой авторитет среди специалистов по боевым искусствам. Вот как он отозвался о Хигаонне, самом сильном, на его взгляд, каратисте Японии: "Те постоянные вызовы, которые он бросает себе, это неожиданное каратэ, и высший уровень знаний делает его выдающимся человеком. Традиционное Годзю-рю сегодня прочно стоит на ногах, потому что его опекун — тигр в лице больших котов боевых искусств".

Теперь я верю в слова о создании мира "Да, в то время были гиганты на земле". Я знаю — это правда: я видел одного из них.

Виктор Панасюк,
шеф-инструктор IOGKF в Республике Молдова

© 2009-2012 Okinawan Goju-ryu Karate-do Association of Moldova. All rights reserved.